Ну никак, никак, не могла полюбить она жениха внучки по-настоящему!

А сам жених, как назло, все не ехал и не ехал! Где его носит? Ведь обещал же...

* * *

За окном смеркалось. Настенные часы над дверью в переговорную показывали почти восемь. Уже всерьез и окончательно перепуганная и не находившая себе места Людочка тихонечко узкими ноготками поскреблась в дверь. Не услышав никакого ответа, она несколько раз костяшками пальцев постучала в кабинет шефа:

- Артур Вениаминович... Артур Вениаминович... Артур...

И, наконец, дождалась. Из-за двери раздался истерический, сбивающийся на фальцет вопль Артура:

- Заткнись!!! Бестолочь!

Такого Людочка уж точно не ожидала! Это ее-то, ее - и такими словами. Оскорбленная до глубины души, она вернулась на свое место за конторкой и, на всякий случай оглянувшись вокруг, показала дурацкой двери, а вместе с ней и Артуру Вениаминовичу язык. Сам - бестолочь. Сволочь!

"Сволочь" опустил голову и неподвижным взглядом уставился на свое отражение в полированном столе. Исподлобья посматривая на Артура, Саша катал на ладони кости. Все устали.

- Ну, ты понял, наконец, чего я хочу? - Белов обратился к своему визави так, будто разговаривал с умственно отсталым ребенком.

Саша сейчас и в самом деле напоминал то ли учителя, то ли врача, которому без конца приходится иметь дело с полными придурками. Для общения с ними нужно терпение, терпение и еще раз терпение. Иначе все бесполезно. Ну не по голове же их бить в самом-то деле!

Артур неопределенно покачал головой, и Саша продолжил терапевтический сеанс:

- Фуфло. Люди по делу пришли, а ты себя ведешь, как черт последний.

Артур, кажется, оцепенел окончательно. Прямо не человек - соляной столб, не сдвинуть.

А Саша по-прежнему гнул свое, капля - она и камень точит, а соль тем более.